Альманах «Российский колокол» № 4 - Альманах Российский колокол

Альберт Кайков

Родился в 1932 году в городе Аша Челябинской области в семье служащих. Мать – Кайкова Мария Алексеевна, учительница, отец – Кайков Сергей Федорович, строитель.

Перед Отечественной войной семья переехала на постоянное место жительства к Черному морю, в Анапу. Началась война – отец ушел на фронт, мать с тремя детьми и бабушкой оказалась на оккупированной территории. Альберт был старшим из детей. Семья жила впроголодь. Все помыслы были направлены на добычу пропитания. В это время он пристрастился к рыбалке и охоте из рогатки на воробьев и голубей. В дальнейшем рыбалка и охота стали увлечением на всю жизнь и темой для стихов и прозы.

В 1948 году семья переехала в Новосибирск.

После окончания школы в 1951 году уехал во Владивосток и поступил учиться в высшее военно-морское училище им. С. О. Макарова, окончив которое, служил на кораблях Камчатской флотилии.

После окончания службы вернулся в Новосибирск, получил второе высшее образование на очном отделении Новосибирского инженерно-строительного института. Затем работал на стройках Новосибирска и заполярного города Игарки.

Литературным творчеством увлекся, выйдя на пенсию. Издал шесть стихотворных сборников и семнадцать книг прозы. Первая книга – «Потерянное детство» – издана в 2010 году. Затем одна за другой выходят две книги «На заполярной широте», следом – «Встреча через полвека», «Флотские будни», «В Туруханской тайге», «По жизни с друзьями», «Под северным небом», «Черная пурга» и другие. В текущем году издал две книги: «Наши студенты в Америке» и «На притоках Кети».

Проживает в Новосибирске. Продолжает увлекаться охотой и рыбалкой, участвует в работе творческих коллективов, часто выступает в школах перед учениками со своими произведениями.

Билет в юность

Полярное солнце яркими лучами заливало просторы Енисея. На высоком берегу Игарской протоки стоял стройный мужчина. Седые усы и борода говорили о его преклонном возрасте. Его одежда выдавала в нем приезжего человека. Глаза и лицо выражали удивление, грусть и печаль. Его взгляд был направлен вдоль пустынной протоки, по которой медленно двигалась единственная рыбацкая лодка.

Полвека тому назад здесь кипела жизнь. У причала Игарского лесопильно-перевалочного комбината и на рейде стояли десятки океанских лесовозов под флагами разных стран мира. Плавучие краны немецкой фирмы «Ганз» как пушинку поднимали в воздух пятикубовые пакеты досок и опускали в трюмы судов.

Мужчине вспомнились молодые годы. Несколько десятилетий он собирался приехать в край, где начиналась его трудовая деятельность, хотелось увидеть близкий сердцу заполярный город, пройти по его деревянным улицам, посмотреть на дома, построенные с его участием. И вот он приехал. Сердце тревожно билось, появилась душевная тоска по несостоявшейся мечте, глаза подернула влажная пленка. К горлу подкатил комок. «Наверное, зря я сюда приехал, – подумал мужчина, – надо было оставить в памяти события такими, какими видел их полвека назад».

Он перевел взгляд на берег, заросший молодым лиственным лесом. Здесь когда-то стояло красивое двухэтажное здание интерклуба, звучала музыка, моряки отдыхали в ресторане и в танцевальном зале. В памяти вспыхнул новогодний праздник. Подводились итоги трудового года. Комбинат отправил на экспорт более одного миллиона кубометра пиломатериалов. Под звуки фанфар победителям социалистического соревнования и передовикам производства вручались почетные грамоты и ценные подарки. Директор комбината Филипп Григорьевич Долинин зачитал поздравительное письмо Министерства, в котором говорилось, что их труд приближает построение коммунизма в стране. В зале царила торжественная обстановка. Каждый верил и чувствовал себя причастным к осуществлению замечательной мечты.

Мужчина мысленно перенесся в обстановку полувековой давности. На миг на сердце появилось радостное чувство воспоминаний замечательного периода жизни в Игарке. Национальная идея построения счастливого будущего помогала преодолевать любые преграды и трудности, переносить любые лишения. Лесокомбинат развивался. Строился новый лесозавод, возводился причал для морских судов, росли жилые дома и общественные здания. В город приезжали поэты и композиторы. Создавались песни о городе-труженике. Теперь приезжий всего этого не видел. Город исчез, тысячи людей его покинули. «Как и почему это произошло? – думал он. – Комбинат, приносивший стране валюту, прекратил существование и полностью сгорел». С тяжелым чувством на душе он направился по бетонной дороге к центру бывшего города. Раньше по обе стороны дороги стояли двухэтажные деревянные дома с высокими крыльцами. Теперь на их месте росли деревья. Ему удалось разглядеть среди кустов ивы ржавые трубы бывших теплотрасс, которые прокладывались в деревянных коробах по поверхности земли. От досок не осталось следа – сгорели или сгнили. «Здесь даже трубы для сдачи в металлолом никому не нужны», – подумал приезжий. Мужчина остановился на перекрестке дорог. Его окружал лес, ни единого строения. Раньше справа стояли двухэтажные здания горкома партии и горисполкома. Ему как депутату горсовета часто доводилось в них бывать и выступать с докладами по строительству нового каменного города. Он помнил фамилии руководителей города, а вот имена стерлись из памяти. Вспомнился забавный случай, произошедший на заседании горкома партии. Начальник городского управления коммунального хозяйства Барановский отчитывался о работе управления. Недостатков в работе было много, еще больше было к нему вопросов. Вместо того чтобы молчать, соглашаться с критикой и говорить, что исправит положение дел, он вступал в дебаты. Это не понравилось секретарю горкома партии Радаеву, и он внес предложение:

– Предлагаю Барановского исключить из партии за развал работы.

По залу пошел шумок.

– Кто за? – продолжал секретарь горкома.

Зал притих. В тишине раздался громкий голос Барановского:

– Дайте мне последнее слово.

Во всех концах зала раздались голоса:

– Дать слово, дать…

Присутствующие обрадовались, что голосование откладывается.

– Что вы еще желаете сказать? – грубо спросил Радаев.

– Дорогие товарищи, – начал речь Барановский, – вы сначала примите меня в партию, а потом исключайте.

По залу покатился веселый шумок.

Барановский еще много лет работал на своей должности.

В памяти мужчины проносились одна за другой сцены из прошлой жизни. Вспомнилось вступление в коммунистическую партию. Он работал прорабом на строительстве производственных объектов. Его всегда приглашали на открытые партийные собрания. Руководящая роль партии чувствовалась во всем. Его жизненная позиция совпадала с задачами партии, была духовная потребность вступления в партию, но он считал себя еще недостойным для вступления в ее ряды. Однажды вызывает его начальник управления «Игарстрой» Енин и спрашивает:

– Хочешь занять должность начальника участка?

– Какой солдат не хочет стать генералом.

– В управлении появилась новая должность, я пошел в горком